Баба Шанель: кто она?

Помнится, в 1912 году, к вышедшему в свет первому альманаху футуристов прилагался манифест, который гласил, что «прошлое тесно» и пора бы бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и прочих с парохода Современности. Речь тогда, правда, шла о поэзии, но эти же изречения, я думаю, смело могли отнести и к театру.

Как ни странно, но с течением времени это направление культуры стали считать элитарным, и в связи с этим, появилась необходимость в модификации или, может, даже лучше сказать модернизации театра под запросы современного общества. Нет, это вовсе не значит, что необходимо напрочь разрушить все каноны и традиции, что были раньше, как хотели этого футуристы, и возводить новые замки на оставшихся руинах. Нужно лишь представить что-то старое в новой сверкающей упаковке. Конечно, это не значит, что необходимо брать в руки все уже давно отшлифованные камни и обрабатывать их заново – некоторые вещи хороши и в своем первозданном виде. Но, наверное, современному зрителю необходимо видеть не только сюжеты двухсотлетней давности, но и те, что снуют прямо под носом – простые вещи, старательно завуалированные и читающиеся между строк.

 

С такими сюжетами, уже давно петрозаводчан знакомит Театр драмы «Творческая Мастерская». Один из наиболее часто посещаемых спектаклей – постановка с интригующим названием «Баба Шанель». Режиссер её – Заслуженный артист Республики Карелия Андрей Леонидович Тупиков. Работы, режиссером-постановщиком которых является выпускник знаменитого Щукинского училища, отличаются самобытностью и сочетанием, казалось бы, не сочетаемого. Известнейшие произведения русских и зарубежных классиков Тупиков трактует по-своему, не стесняясь создавать самые неожиданные постановки. Многие зрители до сих пор с восхищением вспоминают спектакли по произведению Н.В. Гоголя «Женитьба» (1997) и пьесе М. Булгакова «Зойкина квартира» (1998). Новаторски подходя к известным во всем мире произведениям, Андрей Леонидович дает современному зрителю то, что тот требует.

 

Многие работы Тупикова как корифея сценического юмора – комедии. Одной из лучших признается уже упоминаемая «Баба Шанель», премьера которой состоялась 28 декабря 2013 года. Сюжет постановки довольно прост: ансамбль русской народной песни «Наитие», состоящий из пяти особ преклонного возраста и их руководителя – баяниста Сергея, собирается за праздничным столом отмечать свое десятилетие. Между участницами ансамбля разворачивается несколько комичных диалогов, которые порой кажутся даже несуразными и нелепыми. Однако многие действия, как впоследствии раскрывается в спектакле, оправдываются преклонным возрастом женщин. До поры до времени кажется, что между хористками так и не проскочит серьезного диалога, однако все меняется с приходом Сергея, который приводит новую участницу ансамбля – так называемую фифу. Женщина сразу же вызывает негодование старожил «Наития», это негодование подкрепляется еще и заявлением баяниста, мол, отныне, наши героини будут, так сказать, на «подпевках», а все лавры будут доставаться молодой солистке. Несомненно, такой финт ушами, который Сергей смело называет «ребрендинг», хористкам по вкусу не приходится и расфуфыренная Баба Шанель на пару с баянистом вместе со скандалом выпроваживается.

 

Именно здесь, пожалуй, и начинает раскрываться основная тема постановки, пронизывающая её красной нитью – так ли важно, какое место на сцене будут занимать участницы «Наития», если главная суть в ином? Вовсе не в свете софитов и прикованных взглядах, но в так полюбившихся русских-народных платьях и кокошниках, в том, как поет их душа. Каждая из героинь неожиданно для себя понимает, что их место здесь – на маленькой сцене в Доме культуры для глухонемых.

 

На удивление, участницы ансамбля вовсе не типичные пенсионерки, которые поют от скуки. Сочетание разных судеб и историй, соединенных воедино – сочетание довольно неожиданное. Хотя, возможно, по этой причине постановка так близка своему зрителю. Своеобразная городская аристократка, почитающая поэзию Ахматовой и Цветаевой, так и норовящая щегольнуть парой-тройкой цитат, в исполнении Елены Бычковой, которая, кстати, известна не только своими ролями, но и режиссерскими работами. На сцене «Творческой мастерской» ставились многие спектакли Елены Юлиановны, в том числе и «Завтра была война» (по Б. Васильеву) и «Мой Пушкин» (по М. Хуциевой).

 

Другая участница «Наития» - знакомый всем образ бабушки-кошатницы, которая большую часть жизни провела дома, так и не успев обзавестись семьей и находящей отраду в таком роде самодеятельности. Лиричность и ранимость героини донельзя точно передается исполнительницей ее роли – Галиной Москалевой, мастерски улавливающей тонкости своего образа.

 

Самую пожилую и, что, впрочем, не слишком удивительно самую взбаламученную и слегка маразматичную хористку, с одной стороны почитаемую, но с другой – серьезно не воспринимаемую в коллективе, играет Тамара Румянцева, в точности передавая непростой образ «видавшей виды» старушонки, образ которой знаком каждому – ему сразу веришь.

 

Есть же в коллективе и более молодые участницы, у которых слово «ребрендинг», как и «франчайзинг» с «маркетингом», не округляет глаза до размера пятирублевых монет. Авторитетные и властные женщины, в некоторой степени, отвечающие за своих товарок, чаще всего и открывают нам глаза на происходящее, они же и являются главными «правозащитницами» ансамбля, яро протестующими против этого самого ребрендинга. Долгое время их роли исполнялись Галиной Дерешкиной и Людмилой Зотовой, но с 2016 года актерский состав несколько изменился, и роль Зотовой стала исполняться Светланой Кяхярь.

 

К слову, роли старожил «Наития» исполнили старожилы «Творческой мастерской» - актрисы, чьи имена знакомы не одному поколению и чьи лица на сцене зрители видят практически в каждом спектакле.

 

Несмотря на предполагаемую комичность постановки, и простоты сюжета, взятого за основу, тема, которую пытается раскрыть режиссер – несколько сложнее. С одной стороны, это и противоречие, как поколений, так и просто людей с разными интересами, переосмысление жизненных ценностей и осознание, так называемого, «своего» места.

 

Игнатьева Варвара